Серафим Введенский /Уфа/

ЗНАЮЩИЙ ЧЕЛОВЕК

Знающий человек
вместо кофе пьет яблочный сок.
Не здоровается через порог.
Ест на завтрак хлеб с маслом
часто.
Жизнью доволен.
Счастлив.

Знающий человек
вместо «Парламента» курит «Казбек».
Хочет бросить
и взяться вплотную за утренний бег,
но знает наперёд –
этого никогда не произойдёт.
Он, как Григорий Александрович Печорин, – себе не врёт.

Знающий человек
смотрит новости краем глаза,
потому что у каждой новости есть свой спонсор показа.
Частенько любит повторять одну фразу:
«Бриллианты роскошь для бедных, элита носит стразы».

Знающий человек
имеет умиротворенный вид.
По обыкновению молчит.
Понимает полувзгляды,
полутона.

Любимое время года – весна,
особенно тёплые дни в мае.
Демагогию не разводит, в полемику не вступает,
потому что все равно не поймут,
хотя любые нюансы подвластны человеческому уму.

И не верит в рейтинги, не доверяет спискам;
Вчера ты царь царей – сегодня господин из Сан-Франциско.

P.S.
Мы как-то говорили с ним о быстротечности жизни
на берегу медленной реки
на рассвете.
Он слушал меня внимательно,
качал головой,
но так ничего и не ответил.

 

ОТРАВА

Циклоп за циклопа, что око за око.
Прекрасное к нам подобралось далёко
и как-то оно не прекрасно.
Мы пили цикорий, а нынче пьём мокко.
Ныряем в соцсети, питаемся током,
репостим, ретвитим Есенина с Блоком.
А лица на селфи несчастны.

Мы стали масштабны, подвижны, мобильны,
в онлайне могучи, на деле – субтильны.
Купаемся в лайках, как в ванне.
Мы пьём год за годом из общей поильни,
нам чешут за ухом, нас кормят обильно
смиренной похлёбкой со страхом могильным,
чтоб мы не вставали с дивана.

Для нас волатильность важнее погоды.
Ушла человечность, остались погоны
и толпы тотально причастных.
Нам кажется вечно – за нами погоня.
Мы, словно рабы, отвечаем: «Вас понял!»
Мы в этой конюшне бесправные пони,
в своей немоте громогласны.

 

В ПИТЕРЕ ЖИТЬ

Я с дождём одновременно
шёл по Невскому проспекту.
Небо серое повсюду
затянуло лейся-песней –

это Питер. Здесь привычно
быть в гармонии с водою.
Мох на стенах, сырость, кашель.
В лужах город вверх ногами.

У истории под боком
продают шаверму с курой,
а культурой так и тянет
из распахнутых парадных.

Я с дождём одновременно
шёл по Невскому проспекту
и споткнувшись о поребрик
обозвал его бордюром.

Тут прервалось вдруг движенье
на меня толпа взглянула
и сочувственно сказала:
«Понаехала столица!»